Рок-н-ролл больше не музыка протеста

Прошедшая в минувшее воскресенье акция оппозиции под спорным названием «Мы все живем в Химкинском лесу» привлекла внимание исключительно тем, что в ней участвовал Юрий Шевчук. Это такая политтехнология, утверждают политологи, – звать людей на концерт, а подсовывать митинг. Конец же недели ознаменовался концертом U2, также не без политического подтекста и даже того же Шевчука. Но концерт на Пушке и в Лужниках объединяет еще одно: люди чувствуют идеологическую подоплеку, и в отличие от конца 80-х годов прошлого века совершенно не стремятся занять места в партере. Состоявшийся в среду концерт Боно и его U2, как сообщает канал Euronews, собрал только треть от ожидавшегося количества зрителей и, с точки зрения организаторов, оказался провальным. Возможно, ставка группы и ее продюсеров на социальную протестную тематику оказалась ошибочной в Москве и не привлекла зрителя. Но даже собравшиеся в Лужниках в большинстве своем явно недоумевали, почему известный рок-музыкант периодически между песнями высказывается по проблемам, поднимаемым Amnesty International. Еще в конце 80-х U2 взлетели именно на экологической волне – то ли выпускали диски в поддержку «Гринпис», то ли «Гринпис» выпускал концертники U2... Сейчас тоже не обошлось без закулисных писем в поддержку «независимых экологов» и песен вместе с Юрием Шевчуком, который перед этим отметился «акустикой» на Пушкинской площади в защиту Химкинского леса. Но вот как о концерте в Лужниках пишет Рустем Адагамов, более известный как ЖЖ-юзер drugoi, единственный блогер в президентском пуле: «Народу было немного, трибуны были заполнены меньше чем наполовину… В конце танцпола ни хрена не видно, к тому же москвичи, оказывается, приносят какое-то невероятное количество зонтов от дождя, закрывая стоящим сзади последние фрагменты сцены и экрана… На танцполе много нетрезвых и очень много курят. Говорят, Боно в конце вышел петь вместе с Шевчуком. Я этого не видел, ушел раньше, потому что промок до нитки. В целом для человека, который не слушает U2, вполне неплохо, но и только. Завтра я про это и не вспомню…» Информагентства передавали о совместном исполнении песни Боба Дилана Knokin’ on Heaven’s Door Боно и Шевчуком (который на самом деле слегка даже путал слова) в куда более пафосных тонах. Объяснение, судя по всему, простое – по инерции хочется увидеть в рок-н-ролле тот самый объединяющий заряд, который многие помнят по 80-м. Понятно, что тогда рок-музыка имела огромное влияние на социальные процессы. Цой с его «Мы ждем перемен», Гребенщиков и даже «Бригада С» формировали отношение граждан СССР к происходящему куда активнее и эффективнее, чем «Огонек» или «Московские новости». Естественно, и у сегодняшних политтехнологов есть огромный соблазн опять воспользоваться этим приемом. Однако времена изменились. Рок-музыканты больше не собирают стадионы, а их слушатели формируют свои политические взгляды уже не только и не столько под влиянием рок-музыки. И, похоже, времена изменились окончательно: никто из тех, кто покидал Лужники, не мог ни объяснить волнения Боно по поводу Горбачева, ни вспомнить, как звали правозащитника в Бирме, о необходимости помощи которому так упорно говорил со сцены лидер U2. Можно, конечно, пенять на деполитизированность отечественного потребителя рок-н-ролла. Но скорее всего люди не черствые, просто технология донесения месседжа не совсем соответствует времени. То, что работало в 80-х на стадионах, сейчас куда уместнее в блогах и на форумах. А на стадионы люди просто приходят слушать музыку – даже если это рок-н-ролл.